Законы лашон а-ра, правило 4, параграф 12

Если человек преступил запрет и рассказал лашон а-ра о своём ближнем, а теперь хочет совершить тшуву (раскаяться), это зависит от следующего. Если слушатели отвергли его слова и тот, о ком было рассказано плохое, не был опозорен в их глазах, то на рассказчике остаётся только грех между человеком и Всевышним. Его исправление состоит в том, чтобы сожалеть о сделанном, исповедаться (сделать видуй) и принять на себя решение впредь больше не говорить лашон а-ра.

Но если из-за его рассказа ближний был опозорен в глазах слушателей и ему был причинён физический или материальный ущерб, то это подобно всем грехам между человеком и его ближним, которые не искупают даже Йом Кипур и день смерти, пока он не умиротворит ближнего. А когда тот примирится с ним и простит его, на нём останется только грех между человеком и Всевышним. И даже если ближний вообще не знает, что о нём рассказывали, рассказчик должен открыть ему, что поступил против него не по закону, и попросить у него прощения. Отсюда мы можем понять, насколько дурно это скверное качество — рассказывать лашон а-ра. Ведь тот, кто привык к нему, почти не может совершить тшуву: он наверняка не вспомнит всех людей, о которых говорил лашон а-ра. И даже те люди, которых он помнит, ничего об этом не знают, и ему будет стыдно рассказать им об этом, чтобы попросить прощения. А иногда он говорит и о пороке в чьём-то происхождении и причиняет вред целым поколениям, и за это ему нет прощения, как сказали наши мудрецы, благословенной памяти: «Тот, кто говорит о пороке в происхождении семьи, не имеет искупления вовеки».

Поэтому нужно очень сильно отдаляться от этого дурного качества, чтобы оно не стало подобно тому, о чём сказано: «Искривлённое нельзя выпрямить» (Коэлет 1:15).